ГЛАВА 5.Сачок для бабочек

II. Супер-леди

 

 

 

      Не желая злоупотреблять гостеприимством Авроры,  на  сле-дующий день я засобирался в город.

       — Останься еще на какое-то время!
       В ее тоне я услышал почти мольбу.
       — А — как же …?
      — Я только  что  закончила  новую  книгу!  Но  теперешний редактор,  пока  что,  не  удосужился ее прочесть. Знаешь, он не очень-то ко мне благоволит!..
       — Выходит, ты зря старалась?
      — Не говори таких слов! Мне неприятно это слышать! И по-том… Ты же знаешь, мои романы пользуются успехом. Особенно теперь, когда… Альберта уже нет, а дело рук его до сих пор живет. Так, что я думаю, что без куска хлеба я не останусь. Если хочешь…
      Но  тут  неожиданно завибрировал  мой  сотик,  норовя выпрыгнуть  из  кармана. Уж, лучше б Аврора приберегла его для себя. 
      — Да?! Конечно! Я скоро буду...
      — У тебя — другая женщина? — равнодушно поинтересовалась писательница, когда я заначил сотовый обратно.
      — Ну, что  —  ты,  в  самом  деле!  Звонили  из  гостиницы.  Я ушел  и  забыл  оставить  ключ портье. 
      — И — только-то?
      Не знаю, догадывалась ли Аврора,  что  я  бессовестно лгал, но я не мог, не уйти. Судя  по голосу, какая-то молодая женщина срочно желала встретиться  со  мной. Она сообщила мне, что для нее это —  очень  важно.  Я,  примерно,  догадывался,  какое именно  было  у звонившей ко мне дело. И я не ошибся. Она встретила меня возле входа в гостиницу, и мы с ней поднялись в мой номер. Я помог ей снять мокрый от дождя плащ. Она без стеснения приподняла кружевную юбку и вытянула из-под манжета  капронового  чулка  банкноту  в тысячу долларов.
      — Чай  или  кофе?  —  спросил  я,  чувствуя  себя  полным идиотом.  —  Может, шампанского?..
      — А кефиру у тебя нет?
      Эта молодая незнакомка оказалась просто супер  бабой!  Я понятия  не  имел,  откуда  она взялась и кем являлась в той жизни, которой она жила и которая была неведома мне. Она явно не принадлежала к ночным бабочкам или любительницам время от времени до самого упора крутануть баранку влево. От нее пахло очень дорогими  духами.  Я,  конечно  же, не спец в этой области, но, едва вдохнув аромат, исходивший  от незнакомки,  я  перестал что-либо замечать вокруг себя, и  все мое  внимание  сосредоточилось  на  благоухающем цветке, о существовании которого я даже не мог  предположить прежде. Она  была  одета, можно сказать, с иголочки.  Да и все ее довольно светские манеры  и  властный и  высокомерный тон с головой выдавали в ней птицу высокого  полета.  Сколько  я  не ломал  себе голову на тот счет, что могло заставить подобную женщину  заниматься  с  таким  типом, как я, именно тем, чем мы и занялись через минуту,  другую  после  ее  появления в моем номере, мне на ум приходило лишь одно. То, что  эта сногсшибательная незнакомка либо ребенка от меня себе нагуливала, так, как не могла его заиметь от собственного мужчины,  либо… Либо она усердно наставляла  рога,  своему суженному,  какому-нибудь олигарху, поскольку он очень сильно для этого постарался. 
       Уже в полдень, когда я, наконец, продрал  глаза  после почти бессонной  ночи,  я  обнаружил, что моей обольстительницы рядом со мной не было, хотя постель все еще хранила ее тепло. Но это не вызвало у меня никакого сожаления.  Скорее, наоборот.  Не  могу  точно сказать, радовался ли я впервые таким образом заработанным баксам, но, ко всему  прочему, что вдруг нахлынуло на меня после моего пробуждения, явно примешивалось еще одно…  Это  была  тревога.  Уж,  больно  шальными какими-то казались уплаченные ночной гостьей за мой самоотверженный труд  деньги!..  Что  если,  сам  того  не желая, я перешел дорогу тому, кому переходить ее вовсе не следовало?!
…Потом вскружившая мне голову ветреница приходила еще несколько раз. Она была, все также, хороша, хотя и держалась со мной при встрече очень холодно,  была совсем немногословна. Поначалу меня это несколько коробило, если не сказать, обижало. Но, как  только дело доходило до постели, и мы погружались в блаженную тьму, все  тотчас  менялось, и тогда от неприступной светской леди,  которая  знает  себе  цену, не оставалось  и следа.  Я уже стал постепенно привыкать к ней, как,  вероятно,  и  она —  ко  мне.  Видя,  что  при очередной встрече  анонимная работодательница  расположена к моей скромной персоне даже больше того, на что я мог рассчитывать, я, наконец, решился.
      — Как вас зовут? — спросил я.
      К  моему  удивлению она  замешкалась  и,  точно  мышка перед мышеловкой с  сыром,  наверное, чтобы не соблазниться на приманку, вперила в пол свой взгляд.
      — К чему — вам мое имя?
      — К тому, что мы знакомы не первый день и, как  мне кажется,  я  имею  право,  знать хотя бы это!
      Я старался говорить ровным тоном, но у меня, как видно, это не особенно получилось. Ее глаза, в которых одновременно таилась и нежность, и какая-то неземная,  сродни  аномальной, сила, оказались напротив моих. Еще, примерно, с полминуты, длившиеся томительно долго, незнакомка молчала, словно не знала, что ответить.
       — Если я вам скажу, что меня зовут Никак, вас это устроит? Неужели, вам  недовольно того, что я очень хорошо плачу за проведенное со мной время? Или этого — мало? Так, вы скажите! Не надо этого стесняться… Может быть, вы цените себя немного дороже?
      Это было уже чересчур!
      — Почему — «немного»? Я, как и все уважающие себя молодые и … 
      Тут я запнулся, так, как нужные слова не приходили ко мне в голову. 
      — Да, да! Я все понимаю, — сказала она, в то время, как  по  губам  ее  скользнула  еле заметная улыбка. 
      — С этого дня я буду платить вам в два раза больше! Вас это устроит?
      — Две тысячи долларов?
      Она согласно кивнула.
      — Ну, это — другой разговор!
      — Так, вы довольны?
      — Еще бы!
      — И вы не хотите больше знать, как меня зовут… Или еще какие-нибудь подробности из моей жизни? 
      Возможно, мне это только послышалось, но, по-моему, то, как легко я поддался уговорам  прелестницы, ее  несколько обидело. Но  через мгновенье, когда взгляды наши снова встретились, эта обида показалась настолько несерьезной, что тотчас внушила мне мысль, что на нее не стоило обращать никакого внимания.
       — А вы? Вы не хотите знать, как меня зовут?
      Незнакомка едва приметно пожала плечами.
      — Мне это — неважно! Совсем неважно!..
      Ее ответ прозвучал как-то не очень убедительно. Я протянул руку и осторожно  сжал хрупкую кисть незнакомки. Она благодарно посмотрела на меня. И даже — более того! В ее взгляде я заметил озорную искорку. Было ли  это  искрой желания,  которое,  казалось, всегда было при ней, или того, что двух симпатичных друг другу людей постепенно сближает духовно, в точности я этого сказать не могу.
       — Вы не обидитесь, если я так и буду вас звать, Никак? Вы — не против?
      Незнакомка  широко  улыбнулась.   У  нее  была   необыкновенная  улыбка.  Казалось, сквозь нее проглядывала сама Вечность, и я отчетливо различал ее черты.
      — В свою очередь, если хотите, зовите меня…
      — Никто! Я буду звать вас Никто! Вы — как?
      И в глазах ее засветилось ветреное лукавство.
      — Я — «за»! 
      Никак  засмеялась,  и  я  —  вместе с ней.  Смех у ней  был удивительный.  Я  мелодий таких в жизни не слышал, каким был у нее смех. Он проливался на меня, точно слепой дождь,  и я впитывал его всем своим существом, почти физически ощущая прикосновение капель.
 

(настольная книга леди)

РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА:
любовные романы, поэзия

Подзаголовок
Круглосуточно.
alexkvach@mail.ru
Все права защищены.       E-mail: alexkvach@mail.ru 
Яндекс.Метрика